eng
Структура Устав Основные направления деятельности Фонда Наши партнеры Для спонсоров Контакты Деятельность Фонда за период 2005 – 2009 г.г.
Чтения памяти Г.П. Щедровицкого Архив Г.П.Щедровицкого Издательские проекты Семинары Конференции Грантовый конкурс Публичные лекции Совместные проекты
Книжная витрина Где купить Список изданных книг Готовятся к изданию
Журналы Монографии, сборники Публикации Г.П. Щедровицкого Тексты участников ММК Тематический каталог Архив семинаров Архив Чтений памяти Г.П.Щедровицкого Архив грантового конкурса Съезды и конгрессы Статьи на иностранных языках Архив конференций
Биография Библиография О Г.П.Щедровицком Архив
История ММК Проблемные статьи об ММК и методологическом движении Современная ситуация Карта методологического сообщества Ссылки Персоналии
Последние новости Новости партнеров Объявления Архив новостей Архив нового на сайте

Методологические замечания к проблеме типологической классификации языков

1. Представления о назначении, возможностях и методах типологического исследования сильно разошлись в разных школах в языкознании. Из сравнения, например, современного структурализма и «нового» учения о языке Н.Я.Марра видно, что в характеристике типологических исследований они расходятся буквально по всем пунктам. Эти расхождения связаны с принципиальными различиями в понимании, с одной стороны, «языка» как предмета исследования, а с другой — категорий «история» и «развитие» в их научно-теоретических функциях. Учитывая эти расхождения, не так-то просто ответить на вопрос, в чем же действительное назначение типологических исследований в системе науки о языке.

2. Возможны два пути в решении этого вопроса. Один опирается на анализ истории языкознания; он может установить задачи и методы типологических исследований на разных этапах развития науки. Второй предполагает разработку специального логико-методологического аппарата понятий; он основывается на анализе закономерностей самого познания, его средств и механизмов, его «углубления» в объект такого типа, каким является речь. На пути логико-методологического анализа выделяется по меньшей мере шесть групп логико-методологических проблем. Они относятся: 1) к общей логической теории группировок объектов и классификаций, 2) к общей логической теории слоев научного знания и соответственно слоев предмета знания, 3) к логической теории построения генетических и функционарных теорий любых объектов, 4) к логической теории методов анализа и описания чувственно-множественных функционально-структурных объектов такого типа, каким является речь, 5) к методологической теории специфических приемов и способов описания актов речи в системе языка, б) к методологическому знанию о соотношении между описаниями единичных языков и теорией языка вообще. Взятая с логико-методологической стороны проблема типологии языков представляет собой пересечение, узел всех этих проблем.

3. Предположим, что нам дано целое, состоящее из множества объектов. Среди них могут существовать группы объектов, неразличимых с точки зрения какой-либо деятельности. Тогда при изучении объектов с этой стороны можно будет замещать группы одним объектом. Он будет выступать уже не просто как единичный объект, а как образец других, или модель. Свойства, выделенные в модели, будут фиксироваться в знаковой форме знания. Благодаря отношению модели ко всем другим объектам группы и знаковая форма будет относиться к ним.

Все множество первоначально никак не организованных объектов оказывается разбитым на ряд классов. Это расчленение не имеет ничего общего с пространственно-временным расчленением и организацией самих объектов.

Разбивка исходного целого на классы (и соответственно группировки объектов) меняется в зависимости от задач познания. При этом границы классов постоянно пересекаются. Но в плоскости эталонов и знаковых форм мы по-прежнему будем иметь набор никак не связанных между собой и не пересекающихся единиц. Из чего видно, что эти две плоскости (плоскость объектов и плоскость знания), несмотря на то что вторая отражает первую, живут по разным законам.

4. Если исходное множество объектов является к тому же определенным целым, включавшим также связи между выделенными объектами, то представление его в виде набора не связанных между собой эталонов и фиксирующих их свойства знаковых форм будет, очевидно, неадекватным задаче описания этого множества именно как целого. Чтобы воспроизвести целостность исходного множества объектов, нужно установить связи между выделенными эталонами и соответственно связи между разными знаковыми формами, представить то и другое в виде систем и структур.

Благодаря деятельности сопоставления эталонов (или знаковых форм) складывается второй слой знания (или теории) и соответственно становится двуслойным предмет изучения. Содержание, выявленное в результате сопоставления эталонов и знаковых форм, фиксируется в новых знаковых формах, которые в качестве третьей плоскости надстраиваются над уже существующими рядами замещений; первая и вторая плоскости вместе образуют первый слой, вторая и третья — второй слой знания.

Любая наука (в том числе языкознание) является многослойным образованием, а вместе с тем является многослойным и предмет ее изучения (например, язык).

5. В предшествующем пункте мы фактически произвели различение группировок объектов и классификаций. Выделяя новое содержание во втором слое знания, мы сопоставляем знаковые формы. Ходом этого сопоставления организуем их в системы. Способ сопоставления и систематизации могут быть различными. Классификациями мы называем один из типов такой систематизации материала. Чаще всего они играют чисто вспомогательную роль и затем сменяются другими видами систематизации материала.

6. К деятельности сопоставления во втором слое предъявляются следующие требования: хотя она и приложена только к заместителям объектов, тем не менее она должна выявлять действительные связи, характеризующие реальную жизнь рассматриваемого целого. Это требование накладывает также определенные условия на знаковые формы, эталон, а через них, далее, и на те группировки исходных объектов: они ни в коем случае не могут быть произвольными. Если из сопоставления знаковых форм (и эталонов) мы хотим получить содержание, характеризующее внутренние связи и закономерности жизни объективного целого, то исходные группировки, определяющие характер эталонов и знаковых форм, должны быть созданы так, чтобы уже в них были заложены те различия и сходства, обособления и объединения, которые существенны для этого содержания.

7. Поскольку необходимая группировка объектов, входящих в целое, определяется связями, выявляемыми во втором (а затем в третьем, четвертом и т.д.) слое знания, то эти связи должны проецироваться в плоскость самих объектов целого: там они будут предопределять возможные группировки и выражающие их эталоны и знаковые формы. Но это означает, что и сама группировка не остается в том виде, какой мы рассматривали вначале, а приобретает форму тех или иных гипотетических систематизаций и классификаций. Это определяется обратным движением от систематизаций второго и более высоких слоев знания.

Спроецированная таким образом на объекты систематизация выступает как особое изображение целого, отличное от тех изображений, которые имеются в более высоких слоях знания.

8. Между исходными группировками объектов и процедурами сопоставления знаковых форм (и эталонов) во втором и следующих слоях знания существует своеобразное отношение дополнительности. Лишь от них обоих вместе зависит результат всего процесса, по схеме:

Рис.2

и поэтому вариации в выделении исходных группировок иногда могут быть компенсированы вариациями процедур, устанавливаемых во втором и последующих слоях теории.

Таким образом, в разработке всякой теории существуют две принципиально различные линии. Одна связана с конструированием процедур сопоставления в «высоких» слоях знания; она предполагает жесткую фиксированность исходных группировок, схем сопоставления входящих в них объектов и эталонов, выражающих эти сопоставления. Вторая отталкивается от неудач работы в высоких слоях знания и направлена на перестройку исходных группировок и выражающих их эталонов. Нам важно подчеркнуть различие этих двух линий теоретической работы, потому что именно оно, на наш взгляд, объясняет то расхождение в оценке задач, возможностей и методов типологических исследований языков, на которое мы указывали вначале.

9. Так, современные структуралисты и последователи Н.Я.Марра работают по этим двум линиям и, следовательно, в разных слоях языковедческой науки. И из этого принципиального различия их места в системе науки, рассматриваемой в логико-методологическом аспекте, могут быть выведены все существенные особенности их концепции, включая сюда понимание назначения и методов типологических исследований.

10. Мы сознательно не касаемся вопроса о том, насколько правильно (с логико-методологической точки зрения) каждое из этих направлений «работает» в своем слое теории. Нам важно объяснить, откуда и почему возникает столь сильное расхождение пониманий, показать необходимость этого и отвергнуть всякие попытки синтеза тех и других представлений на уровне самого языкознания.

Чтобы оценить позицию современного структурализма, нужно провести детальный логический анализ тех процедур, которые применяются сейчас традиционными направлениями языкознания при воспроизведении речи в системах языка, ибо структурализм целиком и полностью базируется на них.

С другой стороны, чтобы оценить концепцию Н.Я. Марра, нужно прежде всего резко разделить: 1) постановку самих задач и 2) способы их решения. Действительно научная оценка второго предполагает: 1) логический анализ способов воспроизведения генетических, в частности собственно исторических, процессов в объектах такого типа, каким является речь; 2) анализ возможных структур тех предметов, выделяемых в речевой действительности, которые допускают генетическое представление; 3) анализ взаимоотношения языка и мышления; 4) анализ способов представления языка и мышления как социальных образований.

Разработка указанных вопросов будет вместе с тем важнейшим вкладом в решение проблем типологической классификации языков.

 
© 2005-2012, Некоммерческий научный Фонд "Институт развития им. Г.П. Щедровицкого"
115419, г. Москва, ул. Орджоникидзе, 9, корп.2, под.5, оф.2. +7 (495) 775-07-33, +7(495) 902-02-17