eng
Структура Устав Основные направления деятельности Фонда Наши партнеры Для спонсоров Контакты Деятельность Фонда за период 2005 – 2009 г.г.
Чтения памяти Г.П. Щедровицкого Архив Г.П.Щедровицкого Издательские проекты Семинары Конференции Грантовый конкурс Публичные лекции Совместные проекты
Книжная витрина Корзина заказа Где купить Список изданных книг Готовятся к изданию
Журналы Монографии, сборники Публикации Г.П. Щедровицкого Тексты участников ММК Тематический каталог Архив семинаров Архив Чтений памяти Г.П.Щедровицкого Архив грантового конкурса Съезды и конгрессы Статьи на иностранных языках Архив конференций
Биография Библиография О Г.П.Щедровицком Архив
История ММК Проблемные статьи об ММК и методологическом движении Современная ситуация Карта методологического сообщества Ссылки Персоналии
Последние новости Новости партнеров Объявления Архив новостей Архив нового на сайте

Политика и художественное образование

А.П. Буряк Политика и художественное образование // Кентавр. 18. 1997;

А.П. Буряк

В последнее время ста­ло по­нят­но, что глав­ным от­личием и внут­рен­ним смы­сло­вым стерж­нем Чте­ний па­мя­ти Г.П. Щед­­ро­виц­ко­го (в отличие от ме­то­до­ло­гичес­ких Кон­грес­сов) яв­ля­ет­ся ин­те­рес к про­шлой и бу­ду­щей судь­бе ме­то­до­ло­гии в це­лом, как осо­бо­го «со­ци­аль­но­го те­ла» — то­гда как вни­ма­ние Кон­грес­сов со­сре­до­точено боль­ше на раз­ви­тии ее от­дель­ных век­то­ров. Со­от­вет­ст­вен­но, Чте­ни­ям свой­ст­вен и свой осо­бый ин­те­рес к ме­то­до­ло­гичес­ко­му на­сле­дию – не столь­ко как к ра­бочему ин­ст­ру­мен­ту, а ско­рее как к ин­сти­ту­ту сим­во­ли­за­ции это­го те­ла.

В по­след­нее де­ся­ти­ле­тие ме­то­до­ло­гия, в по­ис­ках эко­ло­гичес­кой ни­ши, со­от­вет­ст­вую­щей ус­ло­ви­ям пост­со­вет­ско­го пе­рио­да, от­ра­ба­ты­ва­ла три ос­нов­ные стра­те­гии “вы­жи­ва­ния”, или, вер­нее, вжи­ва­ния в те сфе­ры дея­тель­но­сти, где она мо­жет рассчиты­вать на вос­тре­бо­ва­ние сво­их спе­ци­фичес­ких воз­мож­но­стей. Еще в начале пе­ре­строй­ки Г.П.Щед­ро­виц­кий за­пус­тил про­грам­му при­кре­п­ле­ния ме­то­до­ло­гичес­ких групп к круп­ным тех­но­ло­ги­ям (ВАЗ, КамАЗ, ре­гио­ны до­бы­ваю­щей про­мыш­лен­но­сти). Эта про­грам­ма про­ра­бо­та­ла почти де­ся­ти­ле­тие, но сейчас на гла­зах вы­ды­ха­ет­ся.

Ве­ду­щие ме­то­до­ло­ги, как и мно­же­ст­во ны­неш­них ин­тел­лек­туа­лов иных ис­по­ве­да­ний, шли в об­слу­гу по­ли­ти­ки, и до­воль­но бы­ст­ро дос­ти­га­ли в этом ин­ди­ви­ду­аль­но­го ус­пе­ха. Но со­труд­ничес­т­во с по­ли­ти­ка­ми по не­об­хо­ди­мо­сти скры­то от глаз пуб­ли­ки, ме­то­до­ло­гия как та­ко­вая те­ря­ет в этой сфе­ре ли­цо, раз­личимое со сто­ро­ны, и, сле­до­ва­тель­но, воз­мож­ность вос­про­из­вод­ст­ва.

В об­ра­зо­ва­ние ма­ло кто стре­мил­ся спе­ци­аль­но, но прак­тичес­ки все мы ту­да так или иначе по­па­да­ем. Ме­то­до­ло­ги стро­ят об­ра­зо­ва­тель­ные сис­те­мы и са­ми учат — ме­недж­мен­ту и мар­ке­тин­гу, бан­ков­ско­му де­лу, му­ни­ци­паль­но­му управ­ле­нию и т.д., и т.п. Впрочем, ни в од­ной из этих прак­тик ме­то­до­ло­гии не уда­лось по­ка вы­го­ро­дить свой соб­ст­вен­ный плац­дарм — не для спа­се­ния или раз­ви­тия дру­гих, а для са­мо­вос­про­из­вод­ст­ва и са­мо­раз­ви­тия. По­это­му и мысль-ком­му­ни­ка­ция сре­ди по­сле­до­ва­те­лей ММК все ни­как не на­ла­жи­ва­ет­ся, не­смот­ря да­же на воз­ник­но­ве­ние дви­женчес­ких жур­на­лов (в свое вре­мя, эту ком­му­ни­ка­цию за ме­то­до­ло­гов про­сто и за­мечатель­но на­ла­жи­вал и под­дер­жи­вал КГБ).

Имен­но в пла­не по­ис­ков плац­дар­ма для раз­ви­тия и вос­про­из­вод­ст­ва ме­то­до­ло­гиз­ма ме­ня за­ин­те­ре­со­ва­ли ре­аль­ные и воз­мож­ные взаи­мо­от­но­ше­ния ме­ж­ду по­ли­ти­кой и ху­до­же­ст­вен­ным об­ра­зо­ва­ни­ем. В ме­то­до­ло­гичес­ком рас­смот­ре­нии, в орг­дея­тель­но­ст­ной прак­ти­ке и в со­ци­аль­ной судь­бе дви­же­ния зачас­тую сбли­жа­ют­ся “ве­щи да­ле­ко­ва­тые”. В свое вре­мя Г.П. го­во­рил, что про­фес­сио­наль­ный ме­то­до­лог не­да­ле­ко­го бу­ду­ще­го (бе­се­да про­ис­хо­ди­ла где-то в се­ре­ди­не 70-х) на во­прос о ро­де за­ня­тий впол­не смо­жет от­ве­тить, что, ра­бо­тая в сфе­ре про­ек­ти­ро­ва­ния, он од­но­вре­мен­но жи­во ин­те­ре­су­ет­ся ме­то­до­ло­ги­ей ба­ле­та и во­ен­но­го де­ла...

Ны­неш­няя, все ис­ка­жаю­щая по­ли­ти­за­ция все­го на све­те, в час­т­но­сти, об­ра­зо­ва­ния и ис­кус­ст­ва, — при­ме­та для­щей­ся в пост-Сою­зе ССР си­туа­ции пе­ре­ло­ма в об­ще­ст­вен­ном раз­ви­тии. Она за­тем­ня­ет су­ще­ст­во глу­бин­ной взаи­мо­свя­зи ме­ж­ду ху­до­же­ст­вом, об­ра­зо­ва­ни­ем и по­ли­ти­кой, и то­го “влия­ния”, ко­то­рое ока­зы­ва­ют ис­кус­ст­во и об­ра­зо­ва­ние на по­ли­ти­ку (скорее так, не­же­ли наоборот). В са­мом де­ле, Цар­ско­сель­ский Ли­цей, ос­но­ван­ный для вос­пи­та­ния но­вой по­ли­тичес­кой эли­ты, на од­но­го Горчако­ва дал — толь­ко из ве­ли­ких — сра­зу Пу­щи­на, Дель­ви­га, Кю­хель­бе­ке­ра и Пуш­ки­на.

Са­мо­оп­ре­де­ле­ние в си­туа­ции пе­ре­ло­ма ста­вит пе­ред ме­то­до­ло­гичес­ким дви­же­ни­ем ряд спе­ци­фичес­ких про­блем — хо­тя бы в си­лу про­грамм­ной са­мо-соз­на­тель­но­сти по­след­не­го. В час­т­но­сти, ана­лиз об­ще­ст­вен­но-по­ли­тичес­кой со­став­ляю­щей пе­ре­ло­ма тре­бу­ет точных субъ­ек­ти­ва­ций, цен­тра­ции на ре­аль­ных субъ­ек­тах и су­гу­бо ин­ди­ви­дуа­ли­зи­ро­ван­но­го рас­смот­ре­ния ме­та­ло­ги­ки и оши­бок их по­ли­тичес­ко­го по­ве­де­ния, а мы это не очень уме­ем. СМД-ме­то­до­ло­гия срав­ни­тель­но лучше под­го­тов­ле­на к са­мо­оп­ре­де­ле­нию от­но­си­тель­но со­цио­куль­тур­ной со­став­ляю­щей: сред­ст­ва и ме­то­ды такого самоопределения бо­лее при­вычны для ме­то­до­ло­гии, ибо им­пер­со­наль­ны и на­дын­ди­ви­ду­аль­ны.

По­про­бу­ем по­ка­зать, что для ме­то­до­ло­гии осо­бый жиз­не­ор­га­ни­за­ци­он­ный (“со­ци­аль­но-те­лес­ный”) ин­те­рес мо­жет пред­ста­вить имен­но про­ис­хо­дя­щее в ху­до­же­ст­вен­ном об­ра­зо­ва­нии. 

Ро­ж­дае­мые по­ли­ти­кой труд­но­сти и не­лов­ко­сти ны­неш­не­го, “пе­ре­ход­но­го”, вре­ме­ни дос­та­точно оче­вид­­ны для вся­ко­го, кто пре­по­да­ет. Пе­ре­жи­тый кар­ди­наль­ный со­ци­аль­но-по­ли­тичес­кий слом не мог не от­ра­зить­ся на выс­шей шко­ле, в том чис­ле и на ху­до­же­ст­вен­ном об­ра­зо­ва­нии.

Пре­ж­де все­го, но­вая си­туа­ция за­ста­ви­ла вве­сти но­вые и изъ­ять мно­гие ста­рые бло­ки “учеб­но­го ма­те­риа­ла” по, так ска­зать, “су­гу­бо по­ли­тичес­ким” со­об­ра­же­ни­ям. По­сле фор­маль­но­го сня­тия преж­ней ин­фор­ма­ци­он­ной бло­ка­ды в стра­нах, не при­вык­ших к бес­цен­зур­ным мыш­ле­нию и ком­му­ни­ка­ции, в сис­те­мах об­ра­зо­ва­ния бы­ст­ро фор­ми­ру­ют­ся но­вые сис­те­мы раз­ре­ше­ний и эта­ло­нов, нор­ми­рую­щих при­личес­т­вую­щее тек­сто­вое по­ве­де­ние; вы­ра­ба­ты­ва­ют­ся но­вые обык­но­вен­но­сти, что сле­ду­ет и чего не сле­ду­ет про­из­но­сить, и в ка­ких сочета­ни­ях.

Они предъ­яв­ля­ют­ся из­вне шко­лы — через те­ле­пе­ре­дачи, прес­су, вы­став­ки, спек­так­ли, и т.п.; речь, ра­зу­ме­ет­ся идет не толь­ко об учеб­ных и по­ли­тичес­ких вы­ска­зы­ва­ни­ях, но и о ху­до­же­ст­вен­ных тек­стах — ри­сун­ках, про­ек­тах, филь­мах. Но в со­вре­мен­ном  (т.е. пре­ж­де все­го в за­пад­ном) ис­кус­ст­ве куль­тур­ный и творчес­кий смысл эта­ло­на зачас­тую со­дер­жит­ся не столь­ко в нем са­мом, сколь­ко в дис­кур­се, со­пут­ст­вую­щем об­раз­цу. “На­шей” — пост­со­вет­ской — ху­до­же­ст­вен­ной шко­ле, учени­кам и учите­лям, этот смысл прак­тичес­ки не­дос­ту­пен, ибо со­пут­ст­вую­щий дис­курс (“тео­рия”, “кон­цеп­ция” и т.п.) ли­бо про­сто ино­язычен, ли­бо, что еще труд­нее, — ино­ми­рен, ино­фи­ло­со­фичен, что уже со­всем не­пре­одо­ли­мо для со­вет­ско-пост­со­вет­ской творчес­кой пси­хо­ло­гии. От­сю­да — ди­кие пе­ре­ос­мыс­ле­ния и не­до­ос­мыс­ле­ния то­го, что вро­де бы бе­рет­ся шко­лой в качес­т­ве об­раз­цов и ти­ра­жи­ру­ет­ся в “учеб­ном про­цес­се”.

Жиз­нен­но пол­но­цен­ные, дей­ст­вен­ные ре­ше­ния и ак­ту­аль­ные для творчес­ко­го раз­ви­тия эта­ло­ны не мо­гут поя­вить­ся в ре­зуль­та­те нео­боль­ше­ви­ст­ско­го на­си­лия; на­си­лие ро­ж­да­ет со­всем иные ре­зуль­та­ты — но­вые та­бу. Ра­бо­та­ет ста­рая схе­ма, за­кре­п­лен­ная с 30-х го­дов в на­шем кол­лек­тив­ном бес­соз­на­тель­ном. Как бы из ничего в до­пол­не­ние к ста­рым (а час­тично – и вме­сто ста­рых) по­яв­ля­ют­ся сис­те­мы но­вых та­бу. Эти та­бу все еще не яв­ля­ют­ся, как де­сять за­по­ве­дей, осоз­нан­ны­ми идео­ло­гичес­ки­ми за­пре­та­ми, и в этом смыс­ле не при­бли­жа­ют к сво­бо­де, а сно­ва уво­дят от нее. Лю­ди про­сто пе­ре­ста­ют го­во­рить о не­ко­то­рых ве­щах, по-преж­не­му важ­ных или да­же за­даю­щих сис­те­му ко­ор­ди­нат куль­ту­ры, в ко­то­рой они вос­пи­та­ны и жи­вут; вос­про­из­вод­ст­во про­дол­жа­ет ру­шить­ся. Это осо­бен­но за­мет­но в но­вых на­цио­наль­ных го­су­дар­ст­вах, но дос­та­точно очевид­но и в Рос­сии с ее кри­зис­ным позд­не­им­пер­ским са­мо­ощу­ще­ни­ем.

До­пол­ни­тель­ные причины сло­же­ния в шко­ле но­вых та­бу — не­ве­же­ст­во и бед­ность; та­кое “ни­щен­ское” та­буи­ро­ва­ние ис­хо­дит от са­мо­го пре­по­да­ва­тель­ско­го со­ста­ва (‘faculty’), вы­ра­щен­но­го в преж­ней сис­те­ме и те­перь не имею­ще­го ни же­ла­ния, ни жиз­нен­ных сил пе­реучивать­ся. Про­стое ос­но­ва­ние их пе­да­го­гичес­ко­го по­ве­де­ния – “сту­ден­ты не пой­мут”, т.е. “<да­же> Я не по­ни­маю” (а уж тем бо­лее ОНИ). По­это­му та­буи­ру­ет­ся все под­ряд. В тра­ди­ци­он­ных об­ще­ст­вах на­ру­ше­ние та­бу ка­ра­ет­ся смер­тью или из­гна­ни­ем. Ху­до­же­ст­вен­ные шко­лы — в боль­шин­ст­ве об­ще­ст­ва тра­ди­ци­он­ные, с кла­но­вой струк­ту­рой и трай­ба­ли­ст­ски­ми нра­ва­ми. Един­ст­вен­ное ис­клю­че­ние – шко­лы ху­до­же­ст­вен­но­го аван­гар­да вро­де па­риж­ской Эколь де Бо­зар в ХIX ве­ке, мо­с­ков­ско­го ВХУ­ТЕ­МА­Са или не­мец­ко­го Бау­хау­за в начале ХХ; се­го­дня у нас та­ких нет.

Ко­нечно, все это не­хо­ро­шо — с не­ко­ей внеш­ней, аб­ст­ракт­но-куль­тур­ной точки зре­ния. Ес­ли же по­смот­реть из­нут­ри, то бла­го­да­ря ме­ха­низ­мам са­мо­цен­зу­ры и са­мо­ог­ра­ничения шко­лы со­хра­ня­ют свое функ­цио­ни­ро­ва­ние и са­мую воз­мож­ность хоть ка­ко­го-ни­будь вос­про­из­вод­ст­ва — все рав­но, чего и как.

Ха­рак­тер но­вых та­бу су­ще­ст­вен­но раз­ный в раз­ных со­об­ще­ст­вах, си­туа­ци­ях и мес­тах; но, по­сколь­ку они скла­ды­ва­ют­ся и дей­ст­ву­ют в ка­на­лах вос­про­из­вод­ст­ва, то дос­той­ны быть вы­яв­ле­ны и опи­са­ны, что рав­но­силь­но их куль­тур­но­му за­хо­ро­не­нию и, со­от­вет­ст­вен­но, ос­во­бо­ж­де­нию то­го ареа­ла, в ко­то­ром дей­ст­во­ва­ло по­гре­бае­мое та­бу. Для со­ци­аль­ной жиз­ни школ это дей­ст­вие ана­ло­гично пси­хо­ана­ли­тичес­кой те­ра­пии ком­плек­сов по от­но­ше­нию к от­дель­но­му чело­ве­ку.

На сме­ну ста­рым “ру­ко­во­дя­щим идео­ло­ги­ям” взы­ску­ют­ся но­вые. Эта куль­тур­ная си­туа­ция по­хо­жа на позд­нюю ан­тичность и отчас­ти на ко­нец XV ве­ка; си­туа­ция яс­но осоз­на­ет­ся управ­ленчес­кой вер­хуш­кой на всех ие­рар­хичес­ких уров­нях по­стто­та­ли­тар­но­го об­ще­ст­ва как идео­ло­гичес­кий ва­ку­ум, в ус­ло­ви­ях ко­то­ро­го вер­хуш­ка не­спо­соб­на сколь­ко-ни­будь эф­фек­тив­но осу­ще­ст­в­лять ру­ко­во­дство.

Сня­тие обя­за­тель­но­сти идео­ло­гичес­ко­го мо­низ­ма все­гда ощу­ща­лось в со­вет­ском об­ще­ст­ве как тра­ге­дия. Вот яр­кий при­мер: еще на взле­те за­стоя (ко­нец 70-х), ко­гда аг­рес­сия лег­ко­мыс­лен­но­го по­стмо­дер­низ­ма шу­тя раз­ру­ши­ла в глав­ных ар­хи­тек­тур­ных шко­лах го­да­ми вы­страи­вае­мую и ус­то­яв­шую­ся бы­ло, на­ко­нец, сет­ку оце­ночных кри­те­ри­ев, сра­зу же “сни­зу” раз­да­лись во­пли о не­об­хо­ди­мо­сти изо­брес­ти и по­ста­вить са­мим над со­бой не­кий но­вый про­фес­сио­наль­но-идео­ло­гичес­кий стан­дарт, еже­ли те, ко­му сле­ду­ет (Со­юз Ар­хи­тек­то­ров, Мин­вуз, в пре­де­ле — идео­ло­гичес­кий от­дел ЦК), это­го сде­лать не­спо­соб­ны. Эта си­туа­ция, по ме­ре уг­луб­ле­ния кри­зи­са сис­те­мы, ре­гу­ляр­но вос­про­из­во­ди­лась и ши­ри­лась, и вот уже се­го­дня Ель­цин и Кучма, слов­но до­го­во­рив­шись, почти од­но­вре­мен­но при­зва­ли раз­ра­бо­тать но­вые на­цио­наль­ные идео­ло­гии для Рос­сии и для Ук­раи­ны.

Жить в от­кры­том об­ще­ст­ве с не­при­вычки страш­но; де­фи­цит при­вычных средств идео­ло­гичес­ко­го по­дав­ле­ния соз­да­ет в по­стком­му­ни­стичес­ком ми­ре по­вы­шен­ный спрос на сред­ст­ва са­мопо­дав­ле­ния. Но­вое по­ко­ле­ние в этом смыс­ле на удив­ле­ние ма­ло от­личает­ся от по­ко­ле­ния сво­их от­цов, а ес­ли и от­личает­ся, то ско­рее боль­шим кон­фор­миз­мом. Сту­ден­ты, в том чис­ле т.н. “творчес­ких” ву­зов, по­хо­же, во­все не так уж ра­ды от­крыв­шим­ся плю­ра­ли­стичес­ким го­ри­зон­там. Во вся­ком случае, они с го­тов­но­стью от­да­ют­ся лю­бо­му об­ла­да­те­лю го­то­вой идео­ло­гии, и чем она дог­ма­тичнее, тем лучше.

В т.н. “но­вых ус­ло­ви­ях” со­дер­жа­тель­ная ко­ор­ди­на­ция в сис­те­ме об­ра­зо­ва­тель­ной дея­тель­но­сти ре­аль­но про­дол­жа­ет осу­ще­ст­в­лять­ся толь­ко через преж­нее “кол­лек­тив­ное бес­соз­на­тель­ное”. Да­же по но­вым об­раз­цам ра­бо­та­ют как по бес­смерт­ным за­ве­там, а па­ра­диг­ма­тичес­кую под­ос­но­ву всей внут­ри­пе­да­го­гичес­кой ком­му­ни­ка­ции для кад­ро­во­го яд­ра ву­зов об­ра­зу­ют преж­ние “един­ст­вен­но вер­ные” учения. Про­фес­со­ра-те­ат­ра­лы об­ща­ют­ся ме­ж­ду со­бой, ис­­поль­зуя как уни­вер­саль­ный код дог­ма­ты сис­те­мы Ста­ни­слав­ско­го, ху­дож­ни­ки – ака­де­мичес­ко­го соц­реа­лиз­ма, ар­хи­тек­то­ры – через по­сред­ст­во кон­ст­рук­ти­ви­ст­ской док­три­ны, и т.п. По­доб­ную роль иг­ра­ло Св. Пи­са­ние в сред­не­ве­ко­вом об­ще­ст­ве. Но как бу­дут по­ни­мать друг дру­га и учить сту­ден­тов “но­вые” учите­ля, ко­то­рых обучали вне ат­мо­сфе­ры этих свя­тых та­инств?

При сме­не ори­ен­ти­ров случают­ся и про­сто ава­рии — вро­де той, что про­изош­ла с вос­точно-не­мец­ки­ми уни­вер­си­те­та­ми, ко­гда по­сле вос­со­еди­не­ния Гер­ма­нии из их биб­лио­тек бы­ли уда­ле­ны все кни­ги, из­дан­ные в стра­нах вос­точно­го бло­ка. При этом не­мец­ко­му сту­ден­ту ста­ли, на­при­мер, прак­тичес­ки не­дос­туп­ны све­де­ния об ис­кус­ст­ве и ар­хи­тек­ту­ре Древ­ней Ру­си и Ви­зан­тии, по­сколь­ку в анг­ло-аме­ри­кан­ских учеб­ни­ках об этом не пи­шут. Таким образом, из­вест­ная ди­рек­ти­ва фа­ши­ст­ско­го ми­ни­ст­ра куль­ту­ры Йод­ля о том, “что ни­ка­кие ху­до­же­ст­вен­ные цен­но­сти на Вос­то­ке не име­ют значения” спус­тя шесть де­ся­ти­ле­тий ус­пеш­но реа­ли­зо­ва­на де­мо­кра­тичес­ки­ми дер­жа­ва­ми-по­бе­ди­те­ля­ми на Вос­то­ке Гер­ма­нии, ос­во­бо­ж­ден­ном-та­ки от то­та­ли­та­риз­ма.

Но и это еще пол­бе­ды; о том же, ка­кие опус­то­ше­ния се­ют в сис­те­ме вос­про­из­вод­ст­ва ря­до­вые, вро­де бы не идео­ло­гичес­кие и да­же “ан­ти­идео­ло­гичес­кие” учеб­ные но­ва­ции — ком­пь­ю­те­ри­за­ция, пе­ре­пи­сан­ная по­сле 1991 го­да ис­то­рия, за­ме­на научно­го ате­из­ма на ре­ли­гио­ве­де­ние и пр., — во­об­ще ни­кто не за­ду­мы­ва­ет­ся. Это не толь­ко на­ша, не чис­то пост­пе­ре­строечная осо­бен­ность. На­при­мер, в аме­ри­кан­ских уни­вер­си­тет­ских про­грам­мах ис­то­рии для ди­зай­не­ров и ар­хи­тек­то­ров со­дер­жит­ся бо­лее или ме­нее случай­ный на­бор ис­то­ричес­ких эпи­зо­дов, во­об­ще без по­пыт­ки по­строе­ния обоб­щаю­ще­го взгля­да на ис­то­рию раз­ви­тия про­фес­сии. Су­дя по этим про­грам­мам, жизнь на об­лом­ках кру­ше­ния, на со­цио­куль­тур­ной по­мой­ке про­бу­ют пред­ста­вить как нор­му — имен­но да­бы не соз­да­вать в шко­ле куль­тур­но­го или по­ли­тичес­ко­го про­ти­во­стоя­ния, что­бы из­бе­жать лю­бых и вся­ких по­ли­тичес­ких си­туа­ций.

По­ли­тичес­ки не­зре­лый и сла­бый сту­дент или быв­ший со­вет­ский пре­по­да­ва­тель, стал­ки­ва­ясь с со­цио-по­ли­тичес­ки­ми сдви­га­ми, их со­цио-про­фес­сио­наль­ны­ми и идео­ло­гичес­ки­ми след­ст­вия­ми, то ли край­не по­ли­ти­зи­ру­ет­ся (в ту­по-боль­ше­ви­ст­ском смыс­ле борь­бы за власть) то ли (чаще) впа­да­ет в пол­ную по­ли­тичес­кую ин­диф­фе­рент­ность. Куль­ту­ра и про­фес­сио­на­лизм стра­да­ют в лю­бом случае. 

Как же в ху­до­же­ст­вен­ном ВУЗе по­ли­тичес­ки об­ра­зо­вывать, не по­ли­ти­зи­руя, т.е. как на­до бу­ду­щих дея­те­лей ис­кус­ст­ва вво­дить в по­ли­тичес­кую дей­ст­ви­тель­ность и оспо­саб­ли­вать к про­фес­сио­наль­ной жиз­ни в оной, т.е. в та­кой жиз­ни, где твое­го ан­та­го­ни­ста — кон­ку­рен­та или про­сто ру­га­те­ля — нель­зя убить? До­пу­ще­ние это­го во­про­са ста­вит все в отечес­т­вен­ном ху­до­же­ст­вен­ном — имен­но в ху­до­же­ст­вен­ном — об­ра­зо­ва­нии с ног на го­ло­ву. Это и есть про­цесс, мыс­ли­тель­ное об­слу­жи­ва­ние ко­то­ро­го мо­жет стать пер­спек­тив­ной ни­шей для ме­то­до­ло­гии с ее уни­каль­ны­ми воз­мож­но­стя­ми про­бле­ма­ти­за­ции, це­ле­по­ла­га­ния и це­ле-со­об­раз­но­го куль­тур­но­го кон­ст­руи­ро­ва­ния. Де­ло в том, что по­ли­тичес­кая дей­ст­ви­тель­ность сра­зу де­ла­ет не­су­ще­ст­вен­ны­ми или, по край­ней ме­ре, от­но­си­тель­ны­ми как все тра­ди­ци­он­ные эта­ло­ны, так и доб­лесть сле­до­ва­ния им; точно так же рав­но­прав­ны­ми де­ла­ют­ся все идео­ло­гии.

Фо­кус про­фес­сио­наль­но­го (и, сле­до­ва­тель­но, пе­да­го­гичес­ко­го) вни­ма­ния пе­ре­но­сит­ся с “как?” на “что?”, “кому?” и “зачем?” Бу­ду­ще­го дея­те­ля ис­кусств пред­сто­ит сде­лать са­мо­стоя­тель­ным, т.е. от­вет­ст­вен­ным, — и со­ци­аль­но оди­но­ким (реа­ли­зо­вав тем са­мым в Рос­сии ре­нес­санс­ный ин­ди­ви­дуа­лизм, уко­ре­не­нию кое­го она столь ус­пеш­но, изум­ляя За­пад, про­ти­вит­ся вот уже пя­тое сто­ле­тие). Это и значит — вве­сти бу­ду­щих вла­сти­те­лей дум и чув­ст­во­ва­ний в по­ли­тичес­кое об­ще­ст­во — гу­ма­ни­стичес­кое, де­мо­кра­тичес­кое, хри­сти­ан­ское, ко­роче, в обе­то­ван­ное от­кры­тое об­ще­ст­во с его зве­ри­ны­ми за­ко­на­ми кон­ку­рент­ных игр, по­ли­тичес­кой борь­бы и юри­дичес­ко­го ре­гу­ли­ро­ва­ния.

Ес­ли в этом об­ще­ст­ве ан­та­го­ни­ста нель­зя убить, сле­до­ва­тель­но, мо­ти­вы его дей­ст­вий долж­но уметь рас­по­зна­вать и учиты­вать, ве­дя с про­тив­ни­ком иг­ру с ог­ляд­кой на из­вест­ные пра­ви­ла. Сре­ди мо­ти­вов жи­те­лю ННГ (Но­вых Не­за­ви­си­мых Го­су­дар­ст­в, по тер­­­ми­но­ло­гии за­пад­ных гран­то­да­те­лей) на­до на­у­чить­­ся раз­личать:

  • не­по­сред­ст­вен­ный ин­те­рес, эко­но­мичес­кий или вла­ст­ный;
  • дей­ст­вие свя­зей и от­но­ше­ний, в ко­то­рые включен про­тив­ник или парт­нер, т.е. чем парт­нер ог­ра­ничен, и где он слаб;
  • стоя­щую за этим идео­ло­гию (про­фес­сио­наль­ную, груп­по­вую, ин­ди­ви­ду­аль­ную), т.е. как он ве­ро­ят­нее все­го бу­дет по­сту­пать;
  • на­ко­нец, тип ми­ро­воз­зре­ния, т.е. через что он ни­ко­гда не пе­ре­сту­пит.

Это все тре­бу­ет от обучае­мо­го (и, со­от­вет­ст­вен­но, от его учите­лей) фан­та­стичес­ки бо­га­тых воз­мож­но­стей раз­личения, в пре­де­ле — бес­ко­нечно бо­га­тых. По­это­му ру­ко­во­дя­щей ста­но­вит­ся ере­тичес­кая для “сов­ка” мысль о том, что все­гда сле­ду­ет вы­слу­ши­вать и про­тив­ную сто­ро­ну. Она обя­зы­ва­ет шко­лу при­во­дить по лю­бо­му из­ла­гае­мо­му пред­ме­ту весь на­личный спектр мне­ний (в осо­бен­но­сти ес­ли раз­ни­ца во мне­ни­ях про­дик­то­ва­на раз­ны­ми по­ли­тичес­ки­ми ори­ен­та­ция­ми), то есть на­ла­га­ет за­прет на ин­док­три­на­цию, реа­ли­зуя нор­ма­тив­ное тре­бо­ва­ние “пе­да­го­ги­ки сво­бо­ды”.

Для ес­те­ст­вен­ных и тех­ничес­ких дис­ци­п­лин это эпи­зод, не­кая “не­пра­виль­ность”, для гу­ма­ни­тар­ных — во­прос же­ст­ко­го и бо­лез­нен­но­го вы­бо­ра, пе­ре­хо­да на со­вер­шен­но но­вые рель­сы, а вот для ху­до­же­ст­вен­но­го — во­прос иг­ры и от­тачива­ния со­вре­мен­но­го про­фес­сио­на­лиз­ма.

Обес­печение но­вых ос­но­ва­ний для пе­да­го­гичес­ко­го мыш­ле­ния в этой си­туа­ции — сис­те­ма­ти­за­ция всех имею­щих­ся, имев­ших­ся ко­гда-ли­бо и мыс­ли­мых точек зре­ния (ис­то­ричес­ких, со­цио­ло­гичес­ких, со­дер­жа­тель­ных и т.п.) Это ти­по­вая за­дача при­клад­ной (час­т­ной) ме­то­до­ло­гии. Но на этом ме­то­до­ло­гичес­кие за­дачи не кончают­ся. По ме­ре на­ше­го “воз­вра­ще­ния во вре­мя и в ис­то­рию” (М.Ма­мар­да­шви­ли)2 об­ласть дог­ма­тичес­ко­го “точно­го зна­ния” в об­ра­зо­ва­нии не­ук­лон­но стя­ги­ва­ет­ся, в то вре­мя как об­лас­ти про­бле­ма­ти­за­ции и по­ис­ка при­ло­же­ний творчес­ко­го мыш­ле­ния — рас­ши­ря­ют­ся; со­от­вет­ст­вен­но в сфе­ре об­ра­зо­ва­ния ме­ня­ют­ся тех­ни­ки пе­да­го­гичес­кой ра­бо­ты и ор­га­ни­за­ции.

Те­перь о том, почему имен­но с ху­до­же­ст­вен­ным об­ра­зо­ва­ни­ем свя­зы­ва­ют­ся не­кие осо­бые на­де­ж­ды. Де­ло в том, что толь­ко для ху­до­же­ст­вен­но­го об­ра­зо­ва­ния чело­вечес­кий смысл бу­ду­щей дея­тель­но­сти и спо­со­бы его со­циа­ли­за­ции, в сочета­нии с не­об­хо­ди­мы­ми мо­мен­та­ми “тех­нэ”, на­хо­дят­ся в со­дер­жа­тель­ном цен­тре про­фес­сио­наль­ной дея­тель­но­сти. При этом кон­ст­рук­ции чело­вечес­ко­го смыс­ла здесь пре­дель­ны — по­это­му ху­до­же­ст­вен­ное об­ра­зо­ва­ние в ме­ру его ин­тел­лек­туа­ли­за­ции вы­сту­па­ет как мо­дель для все­го выс­ше­го об­ра­зо­ва­ния и, сле­до­ва­тель­но, для лю­бо­го об­ра­зо­ва­ния во­об­ще. (Это мож­но срав­нить со скольз­нув­шей по пе­ри­фе­рии ме­то­до­ло­гии анг­лий­ской, очень не­глу­пой, кон­цеп­ци­ей ди­зайн-цен­тричес­ко­го об­ра­зо­ва­ния. Ее скры­тый де­фект со­сто­ял в том, что в ос­но­ву все­го по­ла­га­лась со­цио­куль­тур­ная мо­де­ль то­вар­но­го рын­ка.)

Вспомним о про­це­ду­ре за­хо­ро­не­ния дея­тель­но­сти по пра­ви­лам куль­ту­ры, т.е. через опи­са­ние и по­ме­ще­ние в му­зей. Для об­нов­ле­ния со­вет­ско­го, в осо­бен­но­сти гу­ма­ни­тар­но­го, об­ра­зо­ва­ния – это ед­ва ли не ключевой про­цесс. Толь­ко с его по­мо­щью дос­ти­га­ет­ся «оне­ст­раш­не­ние», де­са­кра­ли­за­ция идео­ло­гичес­ких догм, ос­вя­щен­ных тра­ди­ци­ей тех­ничес­ких прие­мов; в хо­де этой куль­тур­ной ра­бо­ты сни­ма­ют­ся ста­рые и но­вые та­бу, про­ис­хо­дит об­ре­те­ние ис­то­ричес­ко­го мас­шта­ба и чув­ст­ва про­фес­сио­наль­но­го вре­ме­ни. Да­лее: по­сколь­ку та­кое «за­хо­ро­не­ние» не без­воз­врат­но, му­зее­фи­ка­ция прие­ма по­зво­ля­ет при на­доб­но­сти дос­тать его, от­рях­нуть и вновь пус­тить в де­ло в но­вом смыс­ле и кон­тек­сте. Эта ра­бо­та ре­аль­но ста­но­вит­ся мощ­ным ис­точни­ком фор­мо­по­ро­ж­де­ния и дви­же­ния впе­ред.

От­сю­да вы­те­ка­ет со­вер­шен­но ис­ключитель­ное значение раз­но­го ро­да “-ве­де­ния” (например, ли­те­ра­ту­ро­ве­де­ния, му­зы­ко­ве­де­ния и проч.) для обу­че­ния не толь­ко ху­до­же­ст­вен­ным ре­мес­лам, но и во­об­ще лю­бо­му де­лу. “-Ве­де­ние” пред­став­ля­ет со­бой соб­ст­вен­ную по­гре­баль­ную дея­тель­ность в ка­ж­дой вы­де­лен­ной об­лас­ти про­фес­сио­наль­ной куль­ту­ры. Ес­ли “-ве­де­ние” по­став­ле­но, то куль­тур­ная (про­фес­сио­наль­ная) об­ласть кон­сти­туи­ро­ва­на как об­ласть вос­про­из­вод­ст­ва (обучения), а учитель ста­но­вит­ся Вер­ги­ли­ем, про­во­дя­щим учени­ка-Дан­та сре­ди ве­ли­ких те­ней. Это есть в обучении жи­во­пи­си и му­зы­ке, в ли­те­ра­ту­ре, по­жа­луй, толь­ко это и есть; в ар­хи­тек­ту­ре и ди­зай­не это по­ка ед­ва на­мечено, но прин­ци­пи­аль­ных труд­но­стей с его раз­вер­ты­ва­ни­ем в этих об­лас­тях не вид­но. А вот в ин­же­не­рии и точных нау­ках нас ожи­да­ет кри­зис об­ра­зо­ва­ния, по­сколь­ку там это­го ни­ко­гда не бы­ло сде­ла­но, а нау­ко­ве­де­ние и ис­то­рия тех­ни­ки там — дис­ци­п­ли­ны по-преж­не­му эк­зо­тичес­кие.

Ра­зу­ме­ет­ся, тра­ди­ци­он­ные со­вет­ские ис­кус­ст­во-, ли­те­ра­ту­ро- или му­зы­ко­ве­де­ние са­ми под­ле­жат ис­то­ри­ко-ме­то­до­ло­гичес­кой ре­ви­зии и бе­реж­но­му по­ме­ще­нию в му­зей цен­ных ис­то­ри­ко-куль­тур­ных уро­дов. Но­вые “-ве­де­ния” пред­сто­ит стро­ить, ис­хо­дя из все­го спек­тра кон­цеп­ций раз­ви­тия, имею­щих­ся в дан­ной про­фес­сио­наль­ной об­лас­ти; по­нят­но, что по ти­пу эти но­вые дис­ци­п­ли­ны мо­гут быть толь­ко ме­то­до­ло­гичес­ки­ми ис­то­рия­ми.

Встраи­ва­ние об­ра­зо­ва­ния в со­цио­куль­тур­ную си­туа­цию гря­ду­ще­го «от­кры­то­го об­ще­ст­ва» бу­дет ид­ти через идею По­ли­ти­ки-Как-Управ­ле­ния. В свое вре­мя в ме­то­до­ло­гии бы­ло мно­го го­во­ре­но о про­ек­ти­ро­ва­нии как о не­об­хо­ди­мом эле­мен­те со­вре­мен­ной куль­ту­ры. Им­план­та­ция по­ли­тичес­кой куль­ту­ры в сис­те­му со­дер­жа­ния об­ра­зо­ва­ния — лишь бо­лее об­щая по­ста­нов­ка то­го же, в сущ­но­сти, во­про­са. С точки зре­ния ба­зо­вой ме­то­до­ло­гичес­кой идеи раз­ви­тия, ос­нов­ным со­дер­жа­ни­ем ре­фор­мы об­ра­зо­ва­ния ста­но­вит­ся управ­ленчес­кое мыш­ле­ние — имен­но как мыш­ле­ние о раз­ви­тии; кон­кре­ти­за­ци­ей же этой идеи яв­ля­ют­ся вве­де­ние обучае­мых в мир со­от­вет­ст­вен­но про­грамм­но­го, про­ект­но­го, пла­но­во­го и тому по­доб­ных под­ти­пов управ­ленчес­кой куль­ту­ры.

К со­жа­ле­нию, по­ка на­ше об­ра­зо­ва­ние без­за­щит­но пе­ред по­ли­ти­кой имен­но в ее ле­нин­ском по­ни­ма­нии — как борь­бы за власть, т.е., в ко­нечном ито­ге, пе­ред бес­кон­троль­ным на­си­ли­ем со сто­ро­ны вла­стей пре­дер­жа­щих. По­это­му в выс­шей шко­ле «пол­ная де­по­ли­ти­за­ция» при­об­ре­та­ет вид ис­треб­ле­ния вся­ких воз­мож­но­стей са­мо­дви­же­ния и са­мо­ор­га­ни­за­ции. Ска­жем, на Ук­раи­не при­ме­та­ми но­во­го вре­ме­ни ста­ли ли­к­ви­да­ция вся­кой ав­то­но­мии уни­вер­си­те­тов, ко­то­рая со­хра­ня­лась да­же в са­мые кру­тые то­та­ли­тар­ные го­ды, от­ме­на де-фак­то вы­бор­но­сти пре­по­да­ва­те­лей и но­вая вол­на уни­фи­ка­ции — но не стан­дар­та об­ра­зо­ва­ния, а про­грамм обучения и со­ста­ва так называемого “учеб­но­го ма­те­риа­ла”.

Но по­ли­ти­ка — не борь­ба за власть, как вслед за Ф.Хай­е­ком не ус­та­ет по­вто­рять М.Рац, а ра­бо­та и иг­ра су­ве­рен­но­го са­мо­стоя­тель­но­го при­ня­тия управ­ленчес­ких ре­ше­ний и их реа­ли­за­ции в рам­ках ре­аль­ных воз­мож­но­стей. Нынче, ко­гда управ­ле­ние пе­ре­ста­ло быть ис­ключитель­ной пре­ро­га­ти­вой цен­тра, ка­ж­дый, по идее, дол­жен уметь осу­ще­ст­в­лять его сам или, по край­ней ме­ре, ос­мыс­лен­но в нем учас­т­во­вать. Это, соб­ст­вен­но, и есть путь к су­ве­ре­ни­за­ции, де­цен­тра­ли­за­ции, де­мо­кра­ти­за­ции, при­ва­ти­за­ции и прочим ат­ри­бу­там пе­ре­хо­да к от­кры­той об­ще­ст­вен­ной мо­де­ли.

От стрем­ле­ния к включению в этот празд­ник са­мо­управ­ле­ния проистекает буй­ное цве­те­ние в ны­неш­нем об­ра­зо­ва­нии (главным образом тех­ничес­ком и эко­но­мичес­ком) раз­лично­го ро­да ме­нед­же­риз­ма. Но про­стое вос­про­из­ве­де­ние чужих управ­ленчес­ких тех­ник мо­жет вес­ти толь­ко к включению, на подчинен­ных ро­лях, в чужие же управ­ленчес­кие ме­га­ма­ши­ны и чужие стра­те­гичес­кие за­мыс­лы. Под­лин­ное управ­ле­ние вы­те­ка­ет из фан­та­зии, тон­ко­сти по­ни­ма­ния и творчес­кой мо­щи, сис­те­ма­тичес­ки куль­ти­ви­руе­мых — у нас по­ка — толь­ко ху­до­же­ст­вен­ной шко­лой; и не­пре­мен­ное тре­бо­ва­ние: куль­ти­ви­ро­вать эти качес­т­ва сво­бод­но­го субъ­ек­та толь­ко “на почве” и “из­нут­ри”.

Ре­фор­ма вос­тре­бу­ет и со­от­вет­ст­вую­щий ме­тод обучения, ко­то­рый не мо­жет быть ни чем иным, как толь­ко прак­ти­ку­мом по ов­ла­де­нию тех­ни­ка­ми по­ли­тичес­ко­го дей­ст­вия. В ми­ро­вом пе­да­го­гичес­ком аван­гар­де этот ме­тод, как ни стран­но, от­ра­ба­ты­ва­ет­ся опять-та­ки в об­лас­ти ху­до­же­ст­вен­но­го об­ра­зо­ва­ния или где-то ря­дом. Та­ко­вы по­ли­пред­мет­ные про­ект­ные «сту­дио», про­во­ди­мые Д.Скотт Бра­ун и Р.Вен­ту­ри в Пен­нсиль­ван­ском уни­вер­си­те­те, близ­кие к ним про­ект­но-ис­сле­до­ва­тель­ские цик­лы Р.Пор­ро в Га­ван­ской выс­шей шко­ле ис­кусств, пар­ти­си­па­ци­он­ный Про­ект Кройц­берг в За­пад­ном Бер­ли­не в конце 60-х – пер­вой половине 70-х гг. Смысл всех этих до­воль­но по­хо­жих друг на дру­га учеб­но-про­ект­ных цик­лов со­сто­ит в том, что ху­дож­ник (ар­хи­тек­тор, ди­зай­нер) соз­на­тель­но ищет по­зи­цию, в ко­то­рой он мог бы стать ин­ст­ру­мен­том, опо­сре­дую­щим изо­щрен­ные, но хо­лод­но-ака­де­мичные про­фес­сио­наль­ные тех­ни­ки — и на­ив­ные, но за­то на­стоя­щие же­ла­ния «по­тре­би­те­ля» — сель­ской об­щи­ны, го­род­ской ком­му­ны, уличной тол­пы. Ху­до­же­ст­вен­ное дей­ст­вие смы­ка­ет­ся с по­ли­тичес­ким.

Вряд ли мож­но считать случай­но­стью, что со­ци­аль­но-пе­да­го­гичес­кие но­ва­ции ММК от­ра­ба­ты­ва­лись при­мер­но в те же го­ды имен­но в струк­ту­ре на­ро­ж­даю­ще­го­ся со­вет­ско­го ди­зай­на: на Се­не­же, а за­тем в Сверд­лов­ском фи­лиа­ле ВНИИ­ТЭ, где ро­ди­лась и пер­вая ОДИ.

Этот ме­тод име­ет свои тех­но­ло­гии (как ис­кус­ст­во — свое “тех­нэ”), но его ядром бо­лее не яв­ля­ет­ся объ­ек­тив­ное зна­ние, а — ин­те­рак­ция, пар­ти­си­па­ция, жи­вое. Та­кой ме­тод дол­жен включать опе­ри­ро­ва­ние с ху­до­же­ст­вен­ной дея­тель­но­стью и ее ар­те­фак­та­ми: “и пес­ня, и стих – это бом­ба и зна­мя...” Ре­ли­ги­оз­ные вой­ны, ин­ду­ст­рия СМИ, шоу-биз­нес, Industrial Design, Haute Couture — все это су­ще­ст­вен­но ху­до­же­ст­вен­ные, но в то же вре­мя и су­ще­ст­вен­но по­ли­тичес­кие ор­га­ни­зо­ван­но­сти. Ве­щи в них вы­сту­па­ют не свои­ми объ­ек­тив­ны­ми ха­рак­те­ри­сти­ка­ми, а в качес­т­ве со­дер­жа­ния управ­ленчес­ких ре­ше­ний и средств ком­му­ни­ка­ции по по­во­ду по­след­них.

Пе­да­го­гичес­ким ше­дев­ром на­ше­го вре­ме­ни долж­на была бы стать по­ли­ти­ка-ис­кус­ст­во на служ­бе ху­до­же­ст­вен­ной идеи — вме­сто ис­кус­ст­ва на служ­бе у по­ли­ти­ки-вла­сти, столь зна­ко­мо­го по со­вет­ской эпо­хе. Со­вет­скую им­пе­рию до­би­ла не гон­ка в эко­но­ми­ке, а рей­га­нов­ская ме­та­фо­ра “Сияю­ще­го Го­ро­да На Хол­ме” — соц­ла­герь был уж боль­но без­обра­зен.

При этом на­до с при­скор­би­ем кон­ста­ти­ро­вать, что 10 лет “раз­гре­ба­ния гря­зи” не да­ли ни­ка­ко­го убе­ди­тель­но­го “эмб­ле­ма­тичес­ко­го об­раза” (термин Д.Андреева)  но­вой куль­ту­ры ни в рус­ской, ни в ук­ра­ин­ской по­ли­ти­ке; по­ка и пу­ти к это­му не про­смат­ри­ва­ют­ся. От­рыв по­ли­ти­ки от ху­до­же­ст­вен­но­сти обо­рачива­ет­ся топ­та­ни­ем на мес­те и, в ко­нечном ито­ге, без­на­деж­ным ис­то­ричес­ким про­иг­ры­шем. Что же о пу­тях со­еди­не­ния этих начал мо­жет ска­зать ме­то­до­ло­гия?

Что же кон­крет­но — си­туа­тив­но — пред­став­ля­ет со­бой ху­до­же­ст­вен­ное об­ра­зо­ва­ние как воз­мож­ный плац­дарм для упот­реб­ле­ния и раз­ви­тия ме­то­до­ло­гии? Ху­до­же­ст­вен­ное об­ра­зо­ва­ние в тра­ди­ции ММК бе­рет­ся вме­сте с под­го­тов­кой про­фес­сио­на­лов, об­слу­жи­ваю­щих про­цве­таю­щий ху­до­же­ст­вен­ный ры­нок как ог­ром­ный и слож­но ­уст­ро­ен­ный сек­тор об­ще­ст­ва. В пост­со­вет­ских стра­нах это со­от­вет­ст­ву­ет по­ста­нов­ке гран­ди­оз­ной за­дачи ре­ин­сти­туа­ли­за­ции со­пря­жен­ных сфер об­ра­зо­ва­ния, ис­кус­ст­ва, про­мыш­лен­но­сти и тор­гов­ли.

На де­ле же ху­до­же­ст­вен­ный ры­нок в быв­шем СССР рас­тет и струк­ту­ри­ру­ет­ся, в то вре­мя как ху­до­же­ст­вен­ное об­ра­зо­ва­ние чах­нет. Нуж­ны ме­нед­же­раль­ные при­дум­ки, но внеш­ние, ме­то­до­ло­гичес­кие, для, так ска­зать, эко­но­ми­за­ции од­но­вре­мен­но­го и взаи­мо­свя­зан­но­го по­ум­не­ния рын­ка и об­ра­зо­ва­ния. В на­шем ху­до­же­ст­вен­ном об­ра­зо­ва­нии име­ет­ся об­шир­ное и край­не за­пу­щен­ное пе­да­го­гичес­кое, ис­то­ричес­кое, со­цио­ло­гичес­кое, фи­ло­соф­ское, ак­сио­ло­гичес­кое, ме­то­дичес­кое, ор­га­ни­за­ци­он­ное и пр., и пр. хо­зяй­ст­во, для на­ве­де­ния по­ряд­ка в ко­то­ром нуж­ны сис­те­ма­тичес­кие и мно­го­лет­ние уси­лия ме­то­до­ло­гии. Стран­но, но ра­бо­тая дав­но и во мно­же­ст­ве в ди­зай­не, ар­хи­тек­ту­ре, куль­ту­ро­ло­гии, ре­ли­гио­ве­де­нии и пр., и не чуж­да­ясь тео­ре­тичес­кой и экс­пе­ри­мен­таль­ной пе­да­го­ги­ки, ме­то­до­ло­ги так за­дачу ни­ко­гда не ста­ви­ли.

Как же вы­гля­дит в об­лас­ти ху­до­же­ст­вен­но­го об­ра­зо­ва­ния об­щая си­туа­ция со­цио­куль­тур­но­го пе­ре­ло­ма? Па­ра­докс со­сто­ит в том, что ни­ка­ко­го со­цио­куль­тур­но­го пе­ре­ло­ма го­ды с 1985 по 1995 в ху­до­же­ст­вен­ную жизнь и об­ра­зо­ва­ние не при­нес­ли. Для ху­до­же­ст­вен­ной жиз­ни в стра­не го­ды, сло­мав­шие хре­бет Сис­те­ме, оз­начали толь­ко со­ци­аль­но-ор­га­ни­за­ци­он­ные, чуть ли не бы­то­вые пе­ре­ме­ны; а со­дер­жа­тель­но ху­до­же­ст­вен­ная жизнь уже дав­но бы­ла су­ще­ст­вен­но обо­соб­ле­на от со­вет­ско­го об­ще­ст­ва. Но ведь это как раз и оз­начает то­таль­ную дис­функ­цию ху­до­же­ст­вен­ной сфе­ры по от­но­ше­нию к це­ло­му об­ще­ст­вен­ной жиз­ни. Рас­су­ж­де­ния о ге­не­зи­се этой дис­функ­ции в ста­лин­скую эпо­ху не сни­ма­ют и да­же не про­яс­ня­ют се­го­дняш­нюю на­цио­наль­но-куль­тур­ную про­бле­му.

По­сте­пен­ные сдви­ги в сто­ро­ну «нор­маль­но­го» включения ху­до­же­ст­вен­ной дея­тель­но­сти в со­ци­аль­ную по­все­днев­ность мо­гут начать­ся толь­ко в сре­де начинаю­щих (т.е. чаще все­го — учащих­ся, т.е. чаще все­го — в сфе­ре об­ра­зо­ва­ния). При этом не­об­хо­ди­мо вы­пол­не­ние по мень­шей ме­ре двух ус­ло­вий. Во-пер­вых, «но­вые рус­ские» ху­дож­ни­ки бу­дут по­лучать­ся по­столь­ку, по­сколь­ку шко­ла включит их в со­ци­аль­но-по­ли­тичес­кие прак­ти­ку­мы, о ко­то­рых го­во­ри­лось вы­ше; во-вто­рых, но­вые и значимые про­фес­сио­наль­ные ре­зуль­та­ты бо­лее чем ве­ро­ят­ны у школ и ху­дож­ни­ков, ве­ду­щих сис­те­ма­тичес­кую ра­бо­ту с об­щи­на­ми — как с очевид­но но­вым по­ли­тичес­ким субъ­ек­том. При этом по­яв­ле­ние но­во­го и этап­но­го здесь бу­дет ес­те­ст­вен­ным — в смыс­ле и за­ко­но­мер­но­сти про­цес­са, и не­пред­ска­зуе­мо­сти ре­зуль­та­та, ро­ж­даю­ще­го­ся в ре­зуль­та­те взаи­мо­дей­ст­вия и взаи­мо­уз­на­ва­ния сто­рон, пре­ж­де не­зна­ко­мых друг дру­гу.

По­смот­рим те­перь, ка­ко­ва си­туа­ция для воз­мож­но­го вжив­ле­ния в ху­до­же­ст­вен­ное об­ра­зо­ва­ние ме­то­до­ло­гичес­ко­го мыш­ле­ния — сначала с точки зре­ния имею­щей­ся в этой сфе­ре ор­га­ни­за­ции дея­тель­но­сти. В нем се­го­дня нет (во вся­ком случае, в об­лас­ти пла­стичес­ких ис­кусств) аг­рес­сив­ных творчес­ких объ­е­ди­не­ний, ко­то­рые бы, по­доб­но Бау­хау­зу, обучая, од­но­вре­мен­но экс­пе­ри­мен­ти­ро­ва­ли, соз­да­вая но­вые об­раз­цы про­фес­сио­наль­ной куль­ту­ры. Тем бо­лее от­сут­ст­ву­ют сис­тем­ные док­три­ны раз­ви­тия про­фес­сио­наль­но­го об­ра­зо­ва­ния в ар­хи­тек­ту­ре, ди­зай­не, шоу-биз­не­се и прочих ин­ду­ст­риа­ли­зо­ван­ных об­лас­тях ху­до­же­ст­вен­ной дея­тель­но­сти.

Сту­денчес­кий и пе­да­го­гичес­кий со­став ху­до­же­ст­вен­ных ву­зов срав­ни­тель­но с боль­шин­ст­вом дру­гих бо­лее об­ра­зо­ван и вос­при­имчив; это од­ни из лучших сту­ден­тов и воз­мож­ных со­труд­ни­ков в пе­да­го­гичес­ком экс­пе­ри­мен­ти­ро­ва­нии — но имен­но для со­труд­ничес­т­ва с ме­то­до­ло­га­ми, как с про­фес­сио­на­ла­ми осо­бо­го ро­да, а не для об­ра­ще­ния в ме­то­до­ло­гичес­кую ве­ру.

Орг­мыс­ли­тель­но ме­то­до­ло­гия для начала этой ра­бо­ты име­ет не мно­го, но и не так уж ма­ло. Это ра­бо­ты Г.П.Щедровицкого о ху­до­же­ст­вен­ном рын­ке, на­ра­бот­ки по­след­них лет по ре­гио­на­ли­сти­ке и тео­рии го­ро­да, на­ко­нец, ОДИ-тех­ни­ки, кста­ти, не раз уже оп­ро­бо­ван­ные в экс­пе­ри­мен­таль­ных цик­лах ди­зай­нер­ско­го и ар­хи­тек­тур­но­го об­ра­зо­ва­ния. Кро­ме то­го, есть ог­ром­ный и слож­ный ма­те­ри­ал для ана­ли­за и ас­си­ми­ля­ции — про­фес­сио­наль­ные ме­то­ди­ки, час­то тео­ре­тичес­ко­го или ме­то­до­ло­гичес­ко­го про­ис­хо­ж­де­ния (МАр­хИ, ВНИИ­ТЭ, не го­во­ря уже о за­пад­ных шко­лах). Сю­да же на­до до­ба­вить тео­рии ху­до­же­ст­вен­но­го про­цес­са в раз­личных Ис­кус­ст­вах и спо­со­бов ин­те­гра­ции ху­до­же­ст­вен­ной дея­тель­но­сти в со­ци­ум (глав­ным об­ра­зом за­пад­ные, но и Бах­тин, Ло­сев, Лот­ман) и стоя­щие за ни­ми фи­ло­соф­ско-ме­то­до­ло­гичес­кие кон­цеп­ции. Сре­ди мыс­ли­тель­ных за­го­то­вок так­же уже на­ра­бо­тан­ные ана­ли­ти­ки ак­ту­аль­ных, как те­перь го­во­рят, со­ци­аль­но-по­ли­тичес­ких “вы­зо­вов” и эм­пи­ричес­ки фик­си­руе­мых ре­ак­ций на оные.

В орг­дея­тель­но­ст­ном пла­не на бу­ду­щее важ­ней­шая часть ху­до­же­ст­вен­но­го об­ра­зо­ва­ния — пуб­ли­ко-со­зи­да­ние, об­ра­зо­ва­тель­ная ра­бо­та с со­об­ще­ст­ва­ми. В СССР ху­до­же­ст­вен­ная пуб­ли­ка бы­ла ес­ли не пол­но­стью раз­ру­ше­на, то чрез­вычай­но силь­но де­фор­ми­ро­ва­на. В осо­бен­но­сти это от­но­сит­ся к ди­зай­ну и ар­хи­тек­ту­ре — тем об­лас­тям ху­до­же­ст­ва, ко­то­рые тес­нее свя­за­ны с рын­ком и от­но­ше­ния­ми соб­ст­вен­но­сти. В Рос­сии до ре­во­лю­ции реа­ли­зо­ва­лись 12 спо­со­бов (!) ар­хи­тек­тур­но­го про­све­ще­ния об­ще­ст­вен­но­сти — не-ар­хи­тек­то­ров, по­тен­ци­аль­ной ар­хи­тек­тур­ной пуб­ли­ки, т.е. за­казчиков на ар­хи­тек­тур­ную про­дук­цию. Те­перь, ес­те­ст­вен­но, не ос­та­лось ни од­но­го. В об­щем случае ин­сти­ту­ции ху­до­же­ст­вен­но­го об­ра­зо­ва­ния долж­ны вы­сту­пать как куль­тур­ный центр — ну хо­тя бы так, как это де­ла­ла и де­ла­ет, по куль­тур­ным стан­дар­там про­шло­го сто­ле­тия, Мо­с­ков­ская кон­сер­ва­то­рия.

Но в об­су­ж­дае­мой си­туа­ции речь идет не о куль­тур­тре­гер­ст­ве, а о ре­аль­ном струк­ту­ри­ро­ва­нии со­об­ществ, в том чис­ле за счет ус­мот­ре­ния и сим­во­ли­за­ции их кол­лек­тив­ной субъ­ек­тив­но­сти. И вот, ес­ли она ус­мот­ре­на и, не без по­мо­щи ху­до­же­ст­ва, са­мо­осоз­на­на, то­гда при­хо­дит по­ли­тик с его спе­ци­фичес­ким чуть­ем к ку­му­ли­ро­ван­но­му чужо­му ин­те­ре­су. Здесь для ме­то­до­ло­гии от­кры­ва­ет­ся путь к вхо­ж­де­нию в по­ли­ти­ку не из эко­но­ми­ки, и со сво­им ли­цом: ос­во­ить ху­до­же­ст­вен­ное об­ра­зо­ва­ние как прак­ти­ку для ме­то­до­ло­гии значит пе­ре­стать вы­ду­мы­вать со­ци­ум a priopi и стать уни­каль­ным — не зна­то­ком, а дер­жа­те­лем его струк­ту­ри­ро­ван­но­сти.

В ре­ор­га­ни­за­ции об­ра­зо­ва­ния как осо­бо важ­ное об­стоя­тель­ст­во долж­на быть учте­на не­об­хо­ди­мая пе­ре­функ­цио­на­ли­за­ция “творчес­ких сою­зов”, сфор­ми­ро­ван­ных Ста­ли­ным в начале 30-х гг. как ор­га­ны идео­ло­гичес­ко­го над­зо­ра, в про­фес­сио­наль­ные гиль­дии. При­об­ре­тая но­вое на­значение, творчес­кие сою­зы, кро­ме за­дач под­дер­жа­ния стан­дар­тов про­фес­сио­наль­ной дея­тель­но­сти и эти­ки, юри­дичес­кой и иму­ще­ст­вен­ной за­щи­ты сво­их чле­нов, при­об­ре­та­ют так­же важ­ней­шую функ­цию оп­ре­де­ле­ния и под­дер­жа­ния на­цио­наль­ных стан­дар­тов про­фес­сио­наль­но­го об­ра­зо­ва­ния.

В по­ли­тичес­ком, эко­но­мичес­ком кон­сал­тин­ге ва­жен ре­зуль­тат, а сред­ст­ва спря­та­ны. По­то­му ме­то­до­лог лично мо­жет здесь и про­сла­вить­ся, и раз­бо­га­теть, но ме­то­до­ло­гия при этом не ка­жет сво­его ли­ца. При ху­до­же­ст­вен­но-об­ра­зо­ва­тель­ной = клуб­ной = раз­но­клуб­ной ра­бо­те с со­об­ще­ст­вом, при про­пус­ке через ху­до­же­ст­вен­ный клуб раз­ных со­об­ществ ме­то­до­ло­гия дер­жит про­стран­ст­во клу­ба, и за счет это­го — вид­на. Это — воз­мож­ный путь к ин­сти­туа­ли­за­ции ме­то­до­ло­гии.

Мо­жет быть, глав­ное со­об­ра­же­ние в поль­зу уси­лен­но­го ин­те­ре­са к дан­ной те­ме со­сто­ит в том, что ра­бочее ме­сто в ху­до­же­ст­вен­ном об­ра­зо­ва­нии от­вечает пер­спек­ти­ве ме­то­до­ло­гии сти­ле­жиз­нен­но, сбли­жая ее об­раз и значимость с “пе­да­го­гичес­кой про­вин­ци­ей” Гес­се. Вы­ход в об­ласть ху­до­же­ст­вен­но­го — за­кон­ный этап по­сле иг­ро­во­го, ас­си­ми­ли­рую­щий от­кры­тые в ОДИ опыт и цен­ность не­по­сред­ст­вен­ной субъ­ек­ти­ва­ции смыс­ла и от­кры­ваю­щий воз­мож­но­сти па­ра­диг­ма­ти­за­ции это­го опы­та и по­ста­нов­ки его в центр ме­то­до­ло­гичес­кой ра­бо­ты. Это важ­ней­ший мо­мент в под­лин­ной по­ли­ти­за­ции, т.е. в зри­мом и об­ще­раз­личимом струк­ту­ри­ро­ва­нии об­ще­ст­вен­ной жиз­ни.

Вый­дя из ин­тел­лек­ту­аль­но­го ан­дер­гра­ун­да в су­ма­то­ху ны­неш­них па­ра­научных прак­тик, ме­то­до­ло­гия ут­ра­ти­ла преж­нее клуб­ное про­стран­ст­во, не­об­хо­ди­мое ей для са­мо­вос­про­из­вод­ст­ва, и не су­ме­ла по­стро­ить но­во­го. Мо­жет быть, ей ока­жет­ся впо­ру клуб­ное про­стран­ст­во, не­пре­мен­но имею­щее­ся внут­ри пол­но­цен­но­го ху­до­же­ст­вен­но­го об­ра­зо­ва­ния. Ху­до­же­ст­вен­ное об­ра­зо­ва­ние и ме­то­до­ло­гия — оба — жи­вут в боль­шой Ис­то­рии, и впол­не мо­гут дру­же­ски про­гу­ли­вать­ся, не­спеш­но бе­се­дуя к об­щим для них поль­зе и удо­воль­ст­вию.

*   *   *

Об­ра­зо­ва­ние, осо­бен­но выс­шее, по­ли­ти­ка и ху­до­же­ст­вен­ность (в час­т­но­сти, в свя­зи с тео­ри­ей ху­до­же­ст­вен­но­го рын­ка) по­сто­ян­но на­хо­ди­лись в по­ле ин­те­ре­са «позд­не­го» Г.П.Щед­ро­виц­ко­го, и, по всей ви­ди­мо­сти, не случай­но. Се­ми­на­ры, а за­тем ОД-иг­ры 1970-80 гг. по про­бле­мам раз­ви­тия выс­шей шко­лы; не­од­но­крат­ные об­су­ж­де­ния по по­ня­тию по­ли­ти­ки, на­при­мер, се­ми­нар по случаю 10-ле­тия ОДИ под Сверд­лов­ском («Со­бачьи реб­ра»); ас­пи­рант­ский се­ми­нар в Ин­сти­ту­те тео­рии ар­хи­тек­ту­ры и гра­до­строи­тель­ст­ва (ху­до­же­ст­вен­ность в ипо­ста­си ар­хи­тек­тур­но­сти), ко­то­рым Г.П. ру­ко­во­дил в по­след­ние го­ды жиз­ни, — толь­ко не­сколь­ко эпи­зо­дов, под­твер­ждаю­щих факт та­ко­го ин­те­ре­са. Мож­но ви­деть в этом случай­но­сти ком­му­наль­ной жиз­ни, мож­но стро­ить ли­нии раз­ви­тия ме­то­до­ло­гии, ко­то­рые с не­об­хо­ди­мо­стью ве­ли ее ли­де­ра в эти те­ма­тичес­кие об­лас­ти; а мож­но ус­мот­реть в этих сов­па­де­ни­ях ука­зую­щий перст.

Се­го­дня, как и два­дцать лет на­зад, все эти на­прав­ле­ния дея­тель­но­сти по-преж­не­му ле­жат в зо­не бли­жай­ше­го раз­ви­тия ме­то­до­ло­гии. Ху­до­же­ст­вен­ное об­ра­зо­ва­ние — са­мая пер­спек­тив­ная об­ласть, в ко­то­рой вся эта про­бле­ма­ти­ка как бы уже вы­ло­же­на и из­го­тов­ле­на к раз­ра­бот­ке. По­жа­луй, толь­ко еще од­на ни­ша рав­но про­сто­рна для раз­ви­тия ме­то­до­ло­гии — со­ци­аль­ное бо­го­сло­вие. Но и кон­ку­рен­ция в этой об­лас­ти, и со­ци­аль­ный риск ве­ли­ки, а внут­рен­няя го­тов­ность со­об­ще­ст­ва, мно­гие ак­са­ка­лы ко­то­ро­го ис­по­ве­ду­ют шес­ти­де­сят­ничес­кий ате­изм, очевид­но не­дос­та­точна для серь­ез­ной бо­го­слов­ской дея­тель­но­сти. Хо­тя эти два по­при­ща, ху­до­же­ст­вен­ное об­ра­зо­ва­ние и со­ци­аль­ное бо­го­сло­вие, по­нят­но, во­все не ис­ключают, а на­про­тив — пред­по­ла­га­ют друг дру­га.

В за­ключение мож­но от­ва­жить­ся на про­гноз: ес­ли СМД-ме­то­до­ло­гия и не дви­нет­ся в сфе­ру ху­до­же­ст­вен­но­го об­ра­зо­ва­ния, там все рав­но в пер­вое де­ся­ти­ле­тие XXI ве­ка, в Ев­ро­пе, хо­тя и не обя­за­тель­но в Рос­сии, кон­сти­туи­ру­ет­ся силь­ное ин­тел­лек­ту­аль­ное течение, ко­то­рое бу­дет на­по­ми­нать Studia Humanitas XV сто­ле­тия в сво­их от­но­ше­ни­ях с ис­кус­ст­вом, фи­ло­со­фи­ей и ре­ли­ги­ей, и ко­то­ро­му су­ж­де­но сыг­рать осо­бую роль в ин­тел­лек­ту­аль­ной и по­ли­тичес­кой ис­то­рии близ­ко­го бу­ду­ще­го.

 
© 2005-2012, Некоммерческий научный Фонд "Институт развития им. Г.П. Щедровицкого"
109004, г. Москва, ул. Станиславского, д. 13, стр. 1., +7 (495) 902-02-17, +7 (965) 359-61-44