eng
Структура Устав Основные направления деятельности Фонда Наши партнеры Для спонсоров Контакты Деятельность Фонда за период 2005 – 2009 г.г.
Чтения памяти Г.П. Щедровицкого Архив Г.П.Щедровицкого Издательские проекты Семинары Конференции Грантовый конкурс Публичные лекции Совместные проекты
Книжная витрина Корзина заказа Где купить Список изданных книг Готовятся к изданию
Журналы Монографии, сборники Публикации Г.П. Щедровицкого Тексты участников ММК Тематический каталог Архив семинаров Архив Чтений памяти Г.П.Щедровицкого Архив грантового конкурса Съезды и конгрессы Статьи на иностранных языках Архив конференций
Биография Библиография О Г.П.Щедровицком Архив
История ММК Проблемные статьи об ММК и методологическом движении Современная ситуация Карта методологического сообщества Ссылки Персоналии
Последние новости Новости партнеров Объявления Архив новостей Архив нового на сайте

Средневековый университет как институт мышления

Данилова В.Л.

1. Тема «институты мышления» привлекает меня как одно из направлений поиска и проектирования форм позволяющих транслировать культуру мышления и воспроизводить условия  (возможность) мышления. Другими направлениями можно считать технологизацию мышления и оформление языка (ов) мышления (в частности, обсуждение схематизации как языка гуманитарного мышления). В первую очередь меня занимает проблема трансляция той интеллектуальной культуры, которая была создана в ММК. Запрос на новые типы мышления выразительно сформулировал Н.Потемкин и, на мой взгляд, многое из того, что культивировалось в прошлом веке узким кругом «прихожан методологического семинара» могло бы стать сейчас мыслительными средствами таких массовых профессий как управленцы, проектировщики, аналитики разного рода, а также – постоянно возникающих новых областей интеллектуальной деятельности.  Однако, на мой взгляд, форм и методов трансляции этой интеллектуальной культуры, делающих ее доступной для массового использования, у нас до сих пор нет.

Другой проблемой, связанной с культурой методологического мышления  является воспроизводство самого этого мышления – постоянной самопроблематизации, нескольких уровней рефлексивной организации, позиционного самоопределения, мышления на многих досках, самоопределения в рамках и преобразования рамок  и т.д. Как я понимаю, с этим дело обстоит еще хуже, чем с передачей в массовое использование отдельных достижений прикладной методологии.

Все это представляет собою тот проблемный контур, в котором для меня осмыслены как ближайшие годы Чтений, так и цикл по технологиям мышления, который П. Щедровицкий начал на августовских школах по методологии. Как я представляю здесь линию на институционализацию, и что я хочу от нее получить?

2. Я вполне традиционно понимаю институт как механизм воспроизводства. При этом я могу предположить, что  институт – это устойчивая связь между мыследеятельностным (нормами деятельности, средствами мышления, языками, стилистикой и формами организации коммуникации, требованиями к рефлексивной организации), социальным и антропным. Иначе говоря, институт воспроизводит не только деятельность, но и сообщество, этой деятельностью занимающееся, и человека, способного это делать. (Именно в этом проявляется, на мой взгляд, пресловутая полидисциплинарность анализа и проектирования  институтов – разные аспекты института попадают в ведение различных научных предметов, а связь между ними вообще оказывается за границами рассмотрения). Несколько упрощая можно сказать, что в ядре любого института лежит три типа взаимосвязанных норм: норм мышления и деятельности, определяющих поле легитимных продуктов (целей) и процедур их достижения, норм социальной организации, определяющих социальные места, отношения и связи между ними, институциональных ожиданий и требований к человеку, принадлежащему институту (или определенному институциональному месту). Можно предположить, что устойчивость институтов (а отдельные институты существуют тысячелетиями) обусловлена тем, что в сложившемся институте эти нормы взаимно отображают друг друга (следовательно, институт как целое продолжает существовать, если отдельные каналы трансляции разрушаются).

Эти нормы реализуются на определенной совокупности организаций, относящихся к этому институту. Т.о. институт представляет собой популятивный объект, целостность которого задается трансляцией специфических для этого института норм, а в качестве отдельных популей выступают отдельные социальные организации. Еще одна важная особенность институтов заключается в том, что отдельные институты существуют не изолировано друг от друга. Они включены в институциональный порядок; он выражается в таком представлении об устройстве мира, с точки зрения которого отдельные институты приобретают высший (в частности, сакральный) смысл.

3. Однако все эти соображения слишком абстрактны, чтобы ответить на вопрос о специфике институтов мышления. Формально можно назвать институтом мышления такие социокультурные системы, в которых транслируются нормы мышления (логики, способы решения задач, операциональные системы и т.д.), транслируется  фигура мыслителя (как идеал и/или образец для подражания) и транслируются  такие формы организации сообществ и коммуникации, которые поддерживают мышление.

4. Как может выглядеть такая система, я буду показывать на материале средневекового университета во временном отрезке от XI до XIV века.

Здесь можно выделить 3 этапа:

XI – XII века; становление университета как нового социокультурного института.

XIII век; легитимизация первых университетских корпораций (Болонья, Монпелье, Париж и Оксфорд), создание новых университетов по их образцу.

XIV век; кризис университета, попытки его преобразования.

На первом этапе в связи с быстрым развитием городов и ростом в них числа разного рода школ складывается:

  • учебное содержание, характерное для средневекового университета (семь свободных искусств, римское право, медицина, теология), образцы и традиции преподавания;
  • латынь как единый для всей Европы язык ученых занятий;
  • образ жизни городского интеллектуала, небогатого, амбициозного, стремящегося к знаниям и пониманию сути вещей, скептически настроенного по отношению к любым традициям и обычаям, не привязанного к определенной территории, зарабатывающего на жизнь интеллектуальным трудом (появляется и само слово «интеллектуал» означающее того, кто занимается мышлением и преподаванием);
  • отношение к ученым занятиям как к ремеслу особого рода, у которого есть свои средства (материальные и идеальные) и свои приемы работы, которым надо учиться;
  • традиция регулярного проведения диспутов и регламентирующие их правила.

В XII разворачивается работа по переводу и освоению наследия Аристотеля. Его труды становятся очень популярными в школах Парижа и Оксфорда. Активно обсуждается отношение идей Аристотеля и Птолемея к христианским догматам. В университетское обучение втягиваются и достижения арабской мысли (медицина, математика).

На втором этапе студенты и преподаватели отдельных школ объединяются в universitas, т.е. сообщества, объединенные присягой, которую их члены приносят друг другу. В общем, это  вполне нормальные для того времени объединения горожан, подобные корпорациям ремесленников или купцов.

Университетские корпорации организуют учебный процесс, успешно борются за привилегии (право присуждения ученых степеней, назначения профессоров и ректоров, собственный суд над членами корпорации, право на забастовку), организуют социальную жизнь, создают и поддерживают внутрикорпоративную иерархию. Помимо формальных правил (требования к одежде, организация похорон) складываются всякие неформальные традиции (в частности, аналог инициации при вступлении в корпорацию).

На протяжении этого века университеты лавируют между тремя властями: церковью (в первую очередь в лице местного епископа), князьями и магистратами.  К концу века они принимают покровительство Папы, работа преподавателя начинает оплачиваться Церковью. Университеты образуют единую сеть, границы распространения которой совпадают с границами западного христианства.

Растет престиж университетов – в частности, потому, что их выпускники становятся как князьями церкви, так и высшими государственными чиновниками. Университет приобретает функцию социального лифта.

Содержание университетских дискуссий и размышлений оформляется в философские и теологические системы. Великие мыслители того времени все связаны с университетами - Фома Аквинский, Бонавентура, Роджер Бэкон, Альберт Великий, Дунс Скотт.

К началу XVI -го века в Европе уже свыше 80-ти университетов. В подавляющем большинстве случаев речь идет об университетах основанных, то есть имевших точно датированную хартию, выданную Римским Папой, императором или королем.

В XIV веке:

  • преодолена противоречивость содержания обучения (ереси осуждены, то, что осталось, систематизировано);
  • обучение все в большей мере становится ориентированным на передачу сложившихся систем понятий и теоретических знаний; Аристотель становится непререкаемым авторитетом, его идеи догматизируются;
  • медицинская практика начинает транслироваться за пределами университетов (аптекари);
  • университеты перестают быть многонациональными, а значит, теряют свою интегрирующую функцию;
  • как процесс преподавания, так и жизнь университетских сообществ все более регламентируется;
  • усиливается социальное и имущественное расслоение внутри университетских корпораций, профессура стремится к статусу аристократов и осваивает соответствующий образ жизни, студенты ищут богатых покровителей;
  • за пределами университетов складываются сообщества новых интеллектуалов, для которых мышление является не ремеслом, а видом аристократического досуга;
  • логика и диалектика теряют авторитет, содержание образования начинает филологизироваться. 

5. По предыдущему описанию видно, что в сети университетов и в связи с ней происходит много разнородных процессов. Что из них имеет отношение к функционированию этой сети в качестве института мышления? И какое мышление было таким образом институционализировано? Я считаю, что здесь сложился институт европейского теоретического мышления, в частности:

  • сложились каналы трансляции логики (как логики Аристотеля, так и диалектики схоластов) и математики (которую тоже можно рассматривать как систему образцов и норм теоретического мышления);
  • была выделена общезначимая совокупность образцов теоретической работы (от Аристотеля и Евклида до Фомы Аквинского);
  • сложился прототип сообщества интеллектуалов – экстериториального, претендующего на интеллектуальную власть, имеющего собственную социальную иерархию (место в которой зависит от интеллектуальных достижений человека) и собственную систему ценностей (стремление к истине, рациональная объективность, скептицизм);
  • возник и был закреплен (выражен) в произведениях искусства прототип (идеал) интеллектуала.

И все же на примере XIV века становится очевидным, что выполнение университетом функции носителя мышления зависит от окружающей его социальной и культурной среды. В его устройстве не воспроизводится ни процесс проблематизации, ни целенаправленность и продуктивность мышления. В XI –  XII веках эти процессы были обеспечены активностью межкультурных обменов, ростом городов, возникновением новых ремесел и развитием систем церковного и государственного управления.

 
© 2005-2012, Некоммерческий научный Фонд "Институт развития им. Г.П. Щедровицкого"
115419, г. Москва, ул. Орджоникидзе, 9, корп.2, под.5, оф.2. +7 (495) 775-07-33, +7(495) 902-02-17