eng
Структура Устав Основные направления деятельности Фонда Наши партнеры Для спонсоров Контакты Деятельность Фонда за период 2005 – 2009 г.г.
Чтения памяти Г.П. Щедровицкого Архив Г.П.Щедровицкого Издательские проекты Семинары Конференции Грантовый конкурс Публичные лекции Совместные проекты
Книжная витрина Где купить Список изданных книг Готовятся к изданию
Журналы Монографии, сборники Публикации Г.П. Щедровицкого Тексты участников ММК Тематический каталог Архив семинаров Архив Чтений памяти Г.П.Щедровицкого Архив грантового конкурса Съезды и конгрессы Статьи на иностранных языках Архив конференций
Биография Библиография О Г.П.Щедровицком Архив
История ММК Проблемные статьи об ММК и методологическом движении Современная ситуация Карта методологического сообщества Ссылки Персоналии
Последние новости Новости партнеров Объявления Архив новостей Архив нового на сайте

В.Л. Данилова "Мышление о динамичном мире: методологическая схематизация как имитирующая и выражающая изменения"

  1. Начиная с 50-х годов Г.П.Щедровицкий постоянно подчеркивал в своих статьях и выступлениях динамичность и изменчивость мира. По-видимому, это было для него одной из наиболее глубоких онтологических характеристик мира, которая сохранялась независимо от смены онтологических картин. В его текстах постоянно встречаются метафоры, выражающие эту изменчивость – в частности, его любимая метафора Соляриса. Стремление «схватить» и выразить в мысли эту изменчивость является одной из сквозных проблем его творчества.  Я буду рассматривать в этом докладе, каким образом эта онтологическая интуиция проявлялась в схемах и особенностях работы с ними. В этом анализе я опиралась преимущественно на цикл лекций Г.П. Щедровицкого «Процессы и структуры в мышлении», который посвящен как раз обсуждению возможностей помыслить динамику (и возникающие при этом проблем).
  2. Как известно первыми методологическими (в традиции ММК) схемами были схемы содержательно-генетической логики. Они имели двойную интерпретацию: такую схему можно было прочитать как изображение кинетики мышления, и как изображение статики знания (некоторой фиксированной, устойчивой структуры замещений). Если проанализировать знаковую форму схемы атрибутивного знания с точки зрения этих двух возможных интерпретаций, то она, очевидно, оказывается неоднородной – латинские буквы интерпретируются в первую очередь на статику (вещи и отнесенные к ним знаковые формы), а греческие на кинетику, которая понималась в это время как последовательность операций  (операций замещения/отнесения, и формальных преобразований знаковой формы).
  3. Критикуя эти представления, Щедровицкий отмечает в 1965 году, что они обсуждали кинетику мышления, оставаясь в рамке естественно-научной категории процесса и аристотелевской конструкции времени. И это накладывало принципиальные ограничения на возможность анализа этой кинетики. «Утверждая, что мышление может рассматриваться как процесс, что существуют определенные процессы мысли, мы тем самым обрекли себя на то, чтобы <…> задавать какие-то параметры и раскладывать мышление на последовательность кусочков (элементов-единиц), из аддитивной суммы которых складывается все мыслительное целое. Точно так же:  утверждать, что данный текст или рассуждение есть некоторый процесс, - это означало утверждать, что существует лишь одно единственное направление его анализа, а именно разложение на части, из последовательной цепи которых и должно затем складываться целое»[1].
  4. В 60-е годы происходит переход от процессуальных схем описания мышления и деятельности к структурным. Логика этого перехода, вызвавшие его проблемы и порожденные им парадоксы подробно рассматриваются Г.П. Щедровицким в лекциях «Процессы и структуры в мышлении». Интуиция динамичности мира деятельности сохраняется и остается значимой, но основной формой мышления о деятельности оказывается форма, логически предназначенная для того, чтобы мыслить статику (категория структуры, структурные схемы или блок-схемы). Возможность понимать и мыслить динамику сохраняется за счет того, что структурные схемы теории деятельности также приобретают двойственную интерпретацию. В то время как отдельные блоки схемы рассматривались как статическое образование, связи между ними (т.е., говоря формально, стрелочки – значки связи) интерпретировались процессуально.
  5. Принципиально важно, что возможность динамической интерпретации обозначенных в схеме связей опиралась на практику имитации этих связей в собственной деятельности участников методологического кружка. Например, решение задачи, кооперация актов деятельности или рефлексивный выход рассматривались как определенные структуры, но, заимствуя позицию математиков, решавших эту задачи, или человека, осуществляющего рефлексивный выход, методолог имитировал динамику этой деятельности, как бы моделировал ее на себе и тем самым сохранял возможность мыслить о ней. Можно предположить, что одна из функций «морковки» (значка человечка) заключалась как раз в том, чтобы указать места, требующие такой имитации.
  6. Аналогичную роль имитации происходящих в деятельности изменений выполняло построение рядов усложняющихся схем, которое осуществлялось в ходе «псевдогенетического разворачивания схемы». Но по отношению к той динамике деятельности, которую выражали знаки связи (и которую можно было проимитировать, как бы войдя вовнутрь схемы), в этом случае имитировалось изменение второго порядка – изменение самих структур деятельности. По-видимому, именно такая практика работы со схемами послужила основанием для выделения нескольких иерархированных процессов изменения деятельности.   И, по-видимому, именно она легла в основание так называемой «категории развития 1» .
  7. Итак. Начиная с самых первых схем содержательно-генетической логики, методологические схемы требуют двойственной интерпретации – на динамику и на статику. При этом элементы графической формы схемы неоднородны с точки зрения направления интерпретации:  одни из них приобретают основное значение при статической интерпретации, другие – при динамической. Динамическая интерпретация отдельных схем и их рядов опирается на имитацию в методологическом рассуждении описываемой этими схемами динамики деятельности. Возможность мыслить о динамике деятельности (становлении, развитии, трансформациях и т.д.) во многом зависит от сложности и отрефлексированности той системы имитации этой динамики, которая доступна мыслителю. (Например, возможности ОДИ как средства имитации развития деятельности отличаются от возможностей методологического семинара).


[1] Г.П.Щедровицкий Процессы и структуры в мышлении. М., 2003. С. 90 - 91

 
© 2005-2012, Некоммерческий научный Фонд "Институт развития им. Г.П. Щедровицкого"
115419, г. Москва, ул. Орджоникидзе, 9, корп.2, под.5, оф.2. +7 (495) 775-07-33, +7(495) 902-02-17